Когда я поняла, зачем я пишу тебе сейчас

Вечер. Сладкий чай, молочный шоколад, негромкая музыка из колонок. Я занимаюсь английским – скоро экзамен. Приходится каждый день повторять грамматические правила, читать, учить наизусть слова.
Я уже устала – позади четыре часа напряжённой учёбы. Осталось только выучить текст про апельсины – и можно идти спать.
«Oranges»
Текст лёгкий, практически детский.

«Everybody loves oranges». Все любят апельсины. Любопытно, кто такие эти «все» и почему автор позволяет себе расписываться за этих «всех». Все любят апельсины, ну надо же. Вот лично я апельсины не люблю с тех пор, как ты меня ими кормила. Ты любишь апельсины, я помню. У тебя в комнате постоянно пахнет апельсинами, а апельсиновые шкурки ты складываешь ровной пирамидкой. Твои пальцы перепачканы в апельсиновом соке, свежая царапина от рыжего котёнка саднит, а волосы спадают на лицо. Ты никогда не закалываешь волосы, в отличии от меня. И они тоже пахнут апельсиновым соком.

«They are sweet and juicy». Сочные и сладкие. Или сладкие и сочные? Да, скорее сладкие и сочные. Чуть влажные, без помады, кисловато-сладкие от апельсинового сока. Что? Апельсины? Какие апельс… Да, апельсины, а не твои губы. Чуть припухшие, покусанные, ярко-красные и очень вкусные.
Какой-то странный нынче английский. Your lips. Lips, not oranges. Or oranges, not lips?
Долой губы, долой! Английский, текст, экзамен.

«They are in sections so it is easy to eat them. Some have a thick skin and some have a thin skin». Легче есть, если дольками. Ты любила чистить апельсины. Ножиком снимала тонкую кожицу, ногтями – белую прослойку. Когда делила апельсин на дольки, он брызгал соком, и пальцы у тебя были сладкие.
Ты кормила меня апельсином с рук. Я осторожно брала дольку, стараясь не задеть зубами твои пальцы. Потом ты отрывала еще одну дольку, задумчиво её жевала, а я целовала твои сладкие руки, слизывая с них сок. Ты щурилась, задумчиво улыбаясь, и расслабленно замирала в моих объятиях. Я прижималась к тебе и зарывалась носов в длинные тёмные волосы, пахнущие смесью апельсина, зелёного яблока и мяты.
Я всегда шутила, что я – Адам, ты – моя Ева, а апельсин – наше яблоко греха. Ты задорно препиралась со мной на тему того, кто из нас мужчина. Часто эти «выяснения отношений» перетекали в шутливую борьбу, которая неизменно заканчивалась долгими поцелуями…
Я со вздохом отложила книгу и села, обняв колени руками. Что за чёрт? Почему это всё ещё вспоминается?
Наши отношения длились долгих три года. Мы были знакомы с семи лет – учились в одной школе с первого класса. В детстве часто ссорились и дрались. Ты была сильнее физически, но я знаю, что больнее бить словами. Потом шесть лет мы не общались. Ты дружила с другой девочкой, с ней же встречалась. У меня была своя жизнь – среди книг.
Но к концу девятого класса всё изменилось. Помнишь, тогда был экзамен, нас делили на две группы. Моя тогдашняя подруга была в первой половине списка, а я во второй. Мы уже практически перестали общаться с ней. Оставалось разговаривать только с тобой.
Мы сдали экзамены, общались, много гуляли тем летом. Потом случилось совместное увлечение фанфиками по миру Гарри Поттера, которое и было первым толчком к возникновению наших отношений. Потом были долгие три года, полные встреч и расставаний, смеха, улыбок, слёз, проблем – всего хватало. Позже мы расстались.
Сейчас у меня новая девушка, но я хочу до конца расставить все точки над «ё» в наших отношениях. Для этого я и нашла свои старые письма к тебе, для этого же буду писать новые, описывая эти три года. В день, когда я почувствую, что мне больше нечего тебе сказать – я напишу последнее письмо и забуду о тебе.
И да, на случай, если ты когда-то это прочтешь: я тебя и правда любила. И я благодарна тебе за эти три года.